Оборона шипки 1877 1878 гг

Оборона Шипки

После форсирования Дуная русские войска приступили к развитию наступления за Балканы в направлении к Константинополю. Необходимо было незамедлительно овладеть проходами через Балканский хребет. На плацдарме было образовано три отряда: Передовой, Восточный и Западный. Передовой отряд под командованием генерала Гурко 5 июля подошел с юга к перевалу Шипка, который был занят 5-тысячным турецким отрядом Хулюсси-паши. В то же время с северной стороны Шипку атаковал отряд генерала Святополка-Мирского, но потерпел неудачу. На следующий день Гурко снова предпринял атаку, но и она была отбита. Однако, Хулюсси-паша посчитал свое положение опасным и отошел в ночь на 7 июля в Калофер.

Шипку немедленно заняли войска Святополка-Мирского, она вошла в район южного фронта русской армии, вверенного охране войск генерала Радецкого. Занятая позиция была тактически неудобна. Русские войска растянулись на несколько верст в глубину по узкому (25 — 30 верст) гребню. Армия подвергалась перекрестному огню на всем протяжении с соседних господствующих высот, при этом не было ни естественных прикрытий, ни удобных позиций для перехода в наступление. Необходимость во что бы то ни стало удерживать этот проход, однако, оставалась.


Оборона Шипки

До войны 1877 — 1878 гг. русские войска не раз проходили через Шипку

Радецкий получил тревожные известия об усилении турецких войск против русской армии в районе городов Елены и Златарицы. Он опасался перехода Сулеймана-паши в северную Болгарию и наступления на Тырнов. Радецкий отправил резерв 8 августа к Еленам и Златарице, таким образом удалившись от Шипки на 3 — 4 больших перехода. Сулейман же после отхода Гурко решил овладеть Шипкой и сконцентрировал против нее 28 тысяч солдат и 36 орудий. На перевале к тому моменту находился только Орловский пехотный полк и болгарские дружины, что равнялось 4 тысячам человек. Вскоре подоспел Брянский полк и численность возросла до 6 тысяч человек при 27 орудиях. 9 августа турки открыли огонь с горы Малый Бедек. Бой длился весь день, русские войска успешно отбивали все атаки. На следующий день турки не возобновляли атак, все дело ограничивалось артиллерийской перестрелкой. Тем временем Радецкий получил известия о ситуации на Шипке и двинул туда общий резерв. Однако, даже на пределе своих возможностей они достигли бы места только 11 числа. Также на помощь вышла пехотная бригада с батареей из Сельви, но они могли прибыть только через день. 11 августа стало самым критическим днем для защитников Шипки.

С рассветом начался бой, русские войска были охвачены противниками с трех сторон. Атаки турок отбивались и возобновлялись с усиленным упорством. Неприятели попытались зайти в тыл русских войск, но были отброшены. К вечеру турки угрожали прорвать центральную часть позиции и овладели Боковой горкой. Положение защитников было почти безнадежным, но тут подоспела часть резерва, которую тут же выдвинули к Боковой горке. Они сумели отбить позицию, а затем подоспели и остальные батальоны, которые остановили напор турок на других направлениях. Русские войска удержались на Шипке, но турки находились от них лишь в нескольких сотнях шагов.


Авангард генерал-майора А. И. Цвецинского спешит на Шипку

Фраза «на Шипке все спокойно» стала крылатой

Ночью 12 августа подоспела 2-я бригада 14-й пехотной дивизии. Теперь Радецкий располагал 20,5 батальонами и 38 орудиями. Он решил при усилении позиций пойти в наступление и сбросить турок с Лесного кургана и Лысой горы. Лесной курган поначалу удалось отбить, но уже через несколько дней ожесточенных боев русские войска были вынуждены отступить. За шесть дней боев на Шипке русские потеряли 3350 человек, в том числе 108 офицеров, потери турков были в два раза больше. Обе стороны остались на своих позициях, но положение русской армии, окруженной с трех сторон неприятелем, ухудшилось с наступлением осенних холодов.

15 августа Шипку заняли 14-я пехотная дивизия и 4-я стрелковая бригада под началом генерала Петрушевского. Наиболее пострадавшие Орловский и Брянские полки отвели в резерв, а болгарские дружины перевели к деревне Зелено Древо. С этого периода началось «шипкинское сидение», которое стало одним из самых тяжелых эпизодов русско-турецкой войны. Защитники Шипки заняли оборонительную позицию, их целью было укрепиться и обустроить сообщение с тылом. Турки непрерывно осыпали их снарядами и пулями.


Болгарские женщины ищут раненных русских солдат

Ночью 5 сентября неприятель предпринял новую атаку и овладел Орлиным гнездом — скалистым мысом перед горой св. Николая. Выбить их оттуда удалось только после отчаянной и ожесточенной рукопашной схватки. Новых атак турки затем не предпринимали, а ограничивались обстрелом. С приходом зимы положение российских войск стало еще хуже: наступившие морозы на вершинах горы были особенно чувствительны. Почти 10 тысяч солдат буквально растаяли из-за болезней, в то время как убито и ранено было только 700. Окончанием «шипкинского сидения» стал последний ожесточенный бой с турками на дороге от горы св. Николая к Шипке (битва при Шейново). После падения Плевны численность войск Радецкого возросла до 45 тысяч человек, но даже с учетом увеличения числа сил атака армии Вессель-паши была рискованной.

Атаковать было решено 24 декабря двумя колоннами, которые должны были совершить обходной маневр: 19-тысячная армия Святополка-Мирского пошла через Тревненский перевал, а 16 тысяч Михаила Скобелева — через Имитлийский. У Радецкого оставалось 11 тысяч человек на шипкинских позициях. 26 декабря, преодолевая тяжелые погодные условия, пробираясь сквозь снег и отбивая атаки турок, колонны достигли своих намеченных позиций.

На Шипке сохраняется русское кладбище

Утром 27 декабря Святополк-Мирский начал атаку на восточный фронт турецкого лагеря. К обеду русские войска смогли захватить первую линию вражеских укреплений. Путь отступления к Адрианополю для османов оказался отрезанным. Войска западной колонны продолжали сбивать турок с высот, но поскольку не все силы успели перейти горы, Скобелев не решился идти в атаку. На следующий день противник перешел в контрнаступление против Святополка-Мирского, но был отброшен. Русские войска захватили Шипку и несколько укреплений. Дальше атаковать восточная колонна не решилась, поскольку войска Скобелева еще не начали наступление.


Современный вид Шипки

Святополк-Мирский отправил Радецкому донесение о положении дел и тот решил ударить во фронт турецких позиций о оттянуть часть их сил на себя. «…В 11 часов утра генерал Радецкий, решив, что «пора кончать», призвал к себе командующего Подольским полком генерала Духонина и дал ему прочесть телеграмму, полученную ночью от князя Святополк-Мирского; в этой депеше, сколько помнится, говорилось, что войска левой колонны дрались весь день 27 декабря отчаянно… и понесли очень большой урон выбывшими из строя, и затем отряд этот со слабыми силами, в крайне рискованном положении, все еще удерживается на самом близком расстоянии от неприятеля и взывает о содействии ему помощи Когда эта депеша была прочтена, генерал Радецкий объявил, что он не ожидал, что придется нам атаковать с фронта, но так как настала минута выручить товарищей, погибающих внизу, то надо помочь им, хотя бы ценою атаки Шипки в лоб…».

Войска двинулись с горы св. Николая по узкой обледенелой дороге под неустанным огнем со стороны противника. Дойдя до первой линии вражеских окопов, они вынуждены были отступить, но цели достигли — значительные силы турецкой армии и артиллерии были отвлечены и не могли использоваться для контрудара против Святополка-Мирского. В 11 утра атаку начал и Скобелев, о чем не знал Радецкий. Вскоре его войска ворвались в середину укрепленного лагеря, одновременно с этим армия Святополка-Мирского возобновила наступление. Около 3 часов турки осознали, что дальнейшее сопротивление невозможно и решили капитулировать. Те турецкие отряды, что удерживали позиции в горах, тоже получили приказ сдаться. В результате этого сражения русская армия потеряла 5,7 тысяч человек, а армия Вессель-паши перестала существовать: только 23 тысячи человек были взяты в плен. В итоге сражение за Шипку стало одним из ключевых эпизодов войны и позволило открыть путь на Адрианополь и Константинополь.

«На Шипке всё спокойно»

Балканский хребет рассекает Болгарию на две части – Северную и Забалканскую. Связь между ними поддерживается через несколько перевалов, из которых самым удобным считается Шипкинский. В наши дни по этому перевалу на высоте более тысячи метров над уровнем моря проходит извилистая трасса Е-85, над которой возвышается огромный памятник, напоминающий шахматную ладью. Именно здесь развернулось одно из самых ярких и трагических действий Русско-турецкой войны 1877–1878 годов – кровавые бои за Шипку.

В начале войны русское командование планировало переправиться через Дунай и как можно быстрее перенести боевые действия в Забалканскую Болгарию, чтобы поставить под угрозу Адрианополь и Константинополь. Шипкинскому перевалу в этих планах уделялось особое внимание – через него победоносная русская армия должна была пройти, чтобы ударить в сердце Османской империи. Переправа через Дунай 15 июня 1877 года прошла на удивление легко. Стало ясно, что турки не успели подготовиться к обороне, и надо «ковать железо, пока оно горячо».

Памятник Свободе на Шипкинском перевале. На дальнем плане видна долина реки Тунджа

Источник – bolgarians.ru

Рейд генерала Гурко

Перевалы на Балканах представляли собой вторую естественную преграду на пути русских войск, и к ним устремился передовой отряд под командованием генерал-адъютанта И. В. Гурко в надежде захватить их до того, как турки успеют опомниться. Отряд, состоявший из 30 эскадронов и сотен и 10 ½ батальонов пехоты при поддержке артиллерии, 25 июня почти без боя захватил Тырново – древнюю болгарскую столицу и ключ к перевалам с северной стороны.

На Шипке оказались войска неприятеля, но соседний Хаинкиойский перевал был не занят. По нему Гурко прошёл в Забалканскую Болгарию и спустился в долину реки Тунджа, которая лежит прямо за хребтом. Увидев русские войска, мирные болгары не могли поверить своему счастью – никто не ожидал, что русские вторгнутся так глубоко на территорию Османской империи. В Константинополе же настроение было близко к панике. Отряд Гурко прервал телеграфное сообщение и движение по железной дороге и, оказавшись в тылу турецкого отряда, заставил его оставить Шипкинский перевал. Отряд Гурко действовал быстро и дерзко, снабжаясь за счёт местного населения и провианта, отбитого у неприятеля. Русская кавалерия спешивалась для огневого боя, великолепную подготовку продемонстрировала 4-я стрелковая «железная» бригада генерал-майора А. И. Цвецинского. Благодаря их усилиям ворота в сердце Османской империи оказались в руках русских войск.

Карта Балканского театра военных действий
Источник – pretich2005.narod.ru

Однако на этом счастливый и лёгкий этап войны для русского командования закончился. 8 и 18 июля русские войска дважды неудачно штурмовали укрепления Плевны. Поскольку Плевна располагалась всего в двух переходах от Систова, где находились мосты через Дунай, не могло быть и речи о переходе Балкан без ликвидации этой угрозы. Зловещим предзнаменованием будущего кровопролития стало зрелище, которое открылось солдатам Гурко, когда они поднялись на оставленный турками Шипкинский перевал – перед палаткой турецкого командира возвышалась пирамида из голов русских солдат. Турки придерживались старинных восточных воинских традиций и отрезали головы у трупов своих врагов.

В это время морем из Черногории перебрасывалась армия Сулеймана-паши, которая вскоре показалась перед небольшим отрядом Гурко. Поскольку силы были явно неравными, русским пришлось спешно отходить обратно на северный склон. Отступая, все в отряде понимали, что болгарское население, радостно встречавшее русских, оставляется на произвол судьбы. Месть со стороны турок не заставила себя ждать – по болгарским сведениям, в Ески-Загре они убили 20 000 мирных жителей.

Оборона Столетова

Теперь русским нужно было во что бы то ни стало удержать за собой перевалы, пока не будет покончено с Плевной. Эта задача выпала на долю ветерана Кавказской войны генерал-лейтенанта Ф. Ф. Радецкого. Этому скромному по природе человеку, которого некоторые современники сравнивали с блаженным, предстояло стать одним из главных героев Шипкинской эпопеи. Под его командованием находилось около 50 000 солдат, которыми надо было прикрыть фронт в 120 км. Намерения противника оставались неясными, поэтому многое зависело от резерва Радецкого – 14-й пехотной дивизии под командованием генерал-адъютанта М. И. Драгомирова, стоявшей в Тырнове и готовой выдвинуться к угрожаемому направлению.

Генерал-лейтенант Ф. Ф. Радецкий, 1878 год. Художники – П. Ф. Борель, К. Крыжановский
Источник – rsl.ru

7 августа войска Сулеймана-паши показались перед русскими позициями на Шипке. Турецкий командующий выстроил все свои 60 таборов (турецкий табор примерно соответствовал батальону, 60 таборов – около 30 000 человек) в длинную линию, будто желая запугать небольшой отряд генерал-майора Н. Г. Столетова, состоявший из 36-го пехотного Орловского полка и пяти дружин болгарского ополчения. Если бы к перевалу в тот же день не подоспел выбившийся из сил 35-й Брянский полк, то защитников Шипки можно было бы считать обречёнными.

Шансы на успех у русских оставались благодаря позиции, которую занимали орловцы, брянцы и болгары. Дорога по перевалу шла мимо горы Святого Николая, которая была труднодоступна с фронта. Гора легко простреливалась с окружающих высот, но забраться на неё было весьма непросто. 9 августа турки впервые попытались это сделать, окружив гору полукольцом и приступив к сооружению батарей на соседних вершинах. Затем густые колонны турок ринулись на вершину. Русские и болгары отчаянно отбивались, пуская в ход штыки и даже камни. Действия турецких войск затрудняло и то, что подходы к горе были заминированы русскими сапёрами. Взрыв, устроенный ими, получился преждевременным и не нанёс противнику потерь, но надолго отбил у него желание наступать в этом направлении. Начальник сапёров генерал-лейтенант В. Д. Кренке одним из первых доложил Радецкому о положении на Шипке:

«Как очевидец, передаю Вам, что положение Шипкинского перевала отчаянное; хотя атаки отбиты, но турки более и более развёртываются на окрестных высотах, на волах подняли туда артиллерию, а ружейный огонь так силён, что нет ни одного уголка на всей обороняемой позиции, где бы можно было укрыться от выстрелов. Брянский полк, не бывший в деле, потерял 22 чел ранеными. Большой недостаток теперь в артиллеристах. Спасти Шипку может быстрая помощь – такая, которая дозволила бы атаковать турок, чтобы выйти из пассивного положения»

А. Н. Попов. Защита «Орлиного гнезда» орловцами и брянцами 12 августа 1877 года. 1893
Источник – art-catalog.ru

Положение защитников Шипки было критическим и усугублялось отсутствием снабжения – агенты товарищества «Горвиц, Грегер, Коган и Ко», занимавшегося поставками в армию продовольствия, бежали с перевала при первых слухах о приближении турок. 9, 10, 11 и 12 августа солдаты не получали горячей пищи, довольствуясь сухарями. Быстро подошли к концу и перевязочные средства, а к 11 августа уже приходилось экономить патроны. Однако самым главным дефицитом для русских была вода – стояла сорокаградусная жара, а воду из горных источников можно было брать только по ночам с большим риском для жизни.

Турки устраивали засады не только у источников, но и на протяжении всего шоссе, шедшего из Габрова, откуда ждали спасительных резервов. Дорога простреливалась, а один из её участков получил название «райской долины», потому что всякий, остановившийся там, отправлялся к праотцам. Только 9 августа на дороге к Габрову было ранено и убито 40 человек. Никто не мог понять, откуда ведётся огонь, так как не было видно даже порохового дыма. 16 августа русским удалось разгадать эту тайну – случайно была найдена пещера, из которой вела огонь группа турок. Все они были переколоты штыками.

Прибытие Радецкого

Перехват инициативы турками вызвал вспышки панических настроений среди русского командования – более того, один такой случай чуть было не погубил Шипкинский отряд. В начале августа генерал-майор И. Е. Борейша, прикрывавший спуск с Еленинского перевала недалеко от Шипки, донёс, что его отряд был оттеснён крупными силами турок. Это было как раз то, чего опасался Радецкий, – Сулейман-паша начал обходить Шипку по соседним перевалам. К угрожаемому участку срочно выдвинулся резерв, однако вскоре выяснилось, что Борейша принял за «крупные силы» небольшой отряд башибузуков.

Ошибка Борейши частично объясняется двумя причинами. Во-первых, после неудач под Плевной командование впало в уныние и ждало удара от турок со всех сторон. В такой атмосфере кому-нибудь должны были «померещиться» крупные силы турок. Во-вторых, почти все были уверены, что турки нанесут удар по Тырнову либо со стороны Ловчи (с запада), либо со стороны Осман-Базара (с востока), а Сулейман-паша поддержит этот удар обходным движением по одному из перевалов. До сих пор не ясно, почему турецкие военачальники не предприняли ничего подобного. То ли некомпетентность противника, то ли соперничество между турецкими генералами сыграло на руку русским, и Сулейман-паша продолжал без поддержки биться о скалы Шипки.

Однако русскому командованию пришлось дорого заплатить за фантазии о вражеском наступлении. Парируя мнимую угрозу, резерв Радецкого 8 августа совершил переход из Тырнова к Елене (40 верст), 9 августа – обратно (ещё 40 верст), 10 августа – из Тырнова к Габрову (42 версты) и 11 августа – из Габрова на Шипку, где как раз требовалась его помощь. По сорокаградусной жаре солдаты прошли примерно 140 верст за четыре дня, потеряли массу времени и несколько человек умершими от солнечного удара, но всё-таки успели выручить шипкинцев. Полки 14-й дивизии побратались с орловцами и брянцами ещё перед войной, а потом при форсировании Дуная, поэтому никто не хотел оставаться с обозами, отдых в Габрове был сокращен до минимума, а последние версты авангард отряда проделал на лошадях за спинами у казаков. Подкрепление прибыло в самый критический момент – вечером 11 августа, когда люди Столетова уже три дня дрались в почти полном окружении без воды и горячей пищи. Вместе с подкреплениями защитникам Шипки подвезли и вожделенную воду.

Прибытие авангарда на Шипку. Автор картины неизвестен
Источник – encyclopedia.mil.ru

Утром 12 августа на Шипку стала прибывать основная часть 14-й дивизии вместе с генералом Драгомировым. Вместе с группой офицеров Драгомиров поднялся на вершину одной из гор, чтобы осмотреть с неё позицию, и почти сразу турецкая пуля пробила колено генерала. Раненный той же пулей капитан Мальцев – первый русский, ступивший на турецкий берег Дуная – на следующий день скончался. Через несколько часов такой же шальной пулей был убит пивший чай генерал В. Ф. Дерожинский, который стал первым русским генералом, погибшим в Русско-турецкую войну 1877–1878 годов. Можно себе представить, насколько опасно было просто находиться в тылу Шипкинской позиции в те августовские дни.

К счастью для защитников Шипки, турки выдохлись – их потери достигали 6000 человек. Русские и болгары потеряли в августовских боях 3640 человек убитыми, ранеными и пропавшими без вести, то есть почти четверть всех сил на перевале. Можно было предположить, что худшее позади, но в последние дни августа на Шипку пришла страшная весть – третий штурм Плевны окончился безрезультатно. Это означало, что Шипкинская эпопея кончится нескоро.

Шипкинское сидение

В Балканских горах наступила осень, а вместе с ней пришли дожди и холода. Бои затихли, и стороны занялись укреплением оборонительных сооружений. История донесла до нас рассказ о Шипке унтер-офицера 54-го Минского полка Федора Миняйлы. В его памяти отложились не столько бои, сколько тяжёлый труд – солдаты копали и выносили землю, разгребали снег, носили дрова и воду, строили укрепления. Воспоминания унтер-офицера напоминают народные былины:

«Там было нам пленение вавилонское; там сидели мы и вздыхали по отечестве своём; там плакали мы, пели и вспоминали о дорогой каждому родине…»

Русско-турецкая война 1877–1878 годов оказалась не такой лёгкой прогулкой, как казалось в её начале, а тем, кто попал на Шипку осенью-зимой 1877 года, пришлось тяжелее всего. В начале сентября обе стороны подтянули к Шипке мортиры для ведения навесного огня. Артиллеристам пришлось учиться вести огонь с закрытых позиций, не видя своей цели. 5 сентября турки предприняли дерзкую атаку на Орлиное гнездо, которую вела специально подготовленная штурмовая группа, применявшая ручные гранаты. Одним словом, ситуация на Шипке изрядно походила на реалии Первой мировой войны.

Карта русских позиций на Шипке
Источник – Материалы для истории Шипки. СПб., 1880

Некоторые из русских офицеров хорошо помнили оборону Севастополя, поэтому напрашивались сравнения, и они были не в пользу Шипки. В 1854–1855 годах защитники Севастополя имели блиндажи, полностью защищённые от огня, на Шипке же не было ни одного места, где можно было бы чувствовать себя в безопасности. Люди жили в шалашах, не защищавших ни от дождя, ни от турецкого огня. Если во время обороны Севастополя боевые подразделения сменялись (один день часть занимала позиции, второй день – стояла в резерве, третий – находилась в городе), то у шипкинцев никаких смен не было, поскольку позиции приходилось защищать всеми имевшимися силами. Однообразные дни и хмурая погода усиливали тоску, а турецкие обстрелы расшатывали нервы защитников Шипки. Характерен отрывок из дневника командира Подольского полка полковника М. Л. Духонина:

«Каждый из нас уже настолько обстрелян, что впечатление от гранат и свиста пуль переносится в траншеях довольно спокойно и многие дошли до полного пренебрежения опасностью… Но совсем иначе ощущается в тех же открытых траншеях действие навесного огня и разрыва бомб – полёт их виден, и ждёшь решения. Не легко это томительное ожидание, а за ним – удушье, треск оглушительный, от которого звон в ушах и потрясение нервов. Осколки при разлёте шипят, и нелегко выносится этот смертоносный гул. Чугунный и свинцовый дождь, относительно говоря, бьёт или задевает единицы, а нервы портит всем. Конечно, со временем свыкнемся и с бомбами, но пока от них очень достаётся»

Командиры начали заказывать тёплые вещи для солдат, но уже 26 сентября появились первые случаи обморожения. В октябре в Минском полку был достигнут пик заболеваемости за всю кампанию – 515 случаев, то есть, в полку болел почти каждый шестой. Наконец, в ноябре в горах наступили настоящие морозы. К тому времени измученный Орловский полк был сменён частями 24-й пехотной дивизии генерал-адъютанта К. И. Гершельмана, но 19 декабря эту дивизию пришлось спустить с Шипки, поскольку она почти вся перемёрзла. Хотя обморожения редко бывали смертельными, они приводили к тяжёлым увечьям. Небоевые потери у Гершельмана составляли более 50% штатной численности дивизии. Ко второй половине декабря мороз в горах достиг такой силы, что башлыки отламывались кусками, а масло застывало в винтовках.

В. В. Верещагин. Пикет на Балканах
Источник – veresh.ru

Переход через Балканы

28 ноября пала Плевна, и, по всем канонам военного дела, кампания 1877 года должна была на этом закончиться. Решение предпринять форсирование заснеженных Балканских гор зимой стало неожиданностью даже для многих военачальников русской армии. Генерал-майор М. Д. Скобелев был одним из немногих, кто демонстрировал уверенность в успехе. В районе Шипки переход должен был состояться тремя колоннами по соседним перевалам, левую из которых вёл сам Скобелев, центральную – Ф. Ф. Радецкий, а правую – князь Н. И. Святополк-Мирский. Спустившись с перевалов, колонны должны были одновременно ударить по туркам с трёх сторон. Расчёт русского командования состоял, прежде всего, во внезапности удара. Единовременный удар был намечен на 27 декабря, а его целью был укреплённый лагерь Шейново, где турки зимовали, не подозревая о намерениях русских.

Основная проблема Шипко-Шейновской операции заключалась в почти полном отсутствии связи между колоннами, двигавшимися по параллельным перевалам. Расстояния, которые требовалось преодолеть колоннам, не были одинаковыми, а трудности перехода вряд ли поддавались прогнозированию. В колонне Скобелева путь протаптывали уральские казаки с конями в поводу, за ними шли сапёры, разгребавшие снег, и лишь затем двигалась основная масса войск. В некоторых местах снежные стены по сторонам пути полностью скрывали людей, и со стороны виднелись лишь казачьи пики. Хотя путь скобелевской колонны был значительно короче, чем у Святополк-Мирского, она не успела спуститься с перевала к назначенному сроку.

Настало 27 декабря 1877 года – день, бросивший тень на репутацию «Белого генерала». В соответствии с планом, князь Святополк-Мирский начал атаку турецкого лагеря, рассчитывая на помощь остальных колонн. Закипел кровопролитный бой, в котором обе стороны активно орудовали штыками. Мирский потерял 1800 человек и вечером доложил Радецкому: «Атаковал, никто не помог. Продовольствия нет, патронов нет, приходится отступать. Выручайте». Части Скобелева в это время только спускались с перевала и сосредотачивались рядом с Шейновом. Сначала «Белый генерал» доложил, что поддержит атаку в любом случае, но потом передумал. Ординарец Скобелева хорунжий П. А. Дукмасов, отчаянный сорвиголова, ни в чём не отстававший от своего начальника, проделал 16-часовой конный марш, преодолев Иметлийский и затем Шипкинский перевалы, чтобы донести Радецкому эту весть.

Итак, русским пришлось ждать следующего дня, который начался с атаки турок на потрёпанную колонну Святополк-Мирского. Радецкому достаточно было повернуть голову налево, чтобы с высот Шипки увидеть тяжёлое положение войск князя, и повернуть голову направо, чтобы увидеть, что Скобелев по-прежнему не атакует. Прождав до полудня, Радецкий двинул с гор шипкинцев, предназначавшихся для демонстративных действий, и только после этого Скобелев, наконец, начал атаку с развёрнутыми знаменами и музыкой. Около трети музыкантов Скобелева пало в этой атаке – редкий пример столь высоких потерь в составе полковых оркестров. К 15:00 всё было кончено. Турки сложили оружие, и путь к Константинополю был свободен.

В. В. Верещагин. Скобелев в сражении при Шипке-Шейново, 1879 год
Источник – gkaf.narod.ru

Почему Скобелев не атаковал так долго? На этот счёт высказывали разные предположения, вплоть до его личных счетов со Святополк-Мирским. Скорее всего, у Скобелева действительно оставались под рукой лишь ничтожные силы, так как его колонна только спускалась с гор. Встав перед непростым выбором – придерживаясь буквы плана, повести рискованную атаку, или подождать и действовать наверняка – Скобелев решил перестраховаться. Всю тяжесть боя под Шейновом вынесли части под командованием Святополк-Мирского и Радецкого, но удар «Белого генерала» оказался для турок роковым. Именно он пленил турецкое командование и оказался героем дня. После войны Радецкий прямо говорил Скобелеву: «Вы пришли к шапочному разбору, лавры пожинать».

Всей этой неприятной ситуации можно было избежать, если бы была налажена связь между колоннами – неудивительно, что многие участники боя сетовали на отсутствие телеграфа. Если в ходе Авлияр-Аладжинской операции на Кавказском фронте благодаря телеграфу удалось добиться идеально синхронного удара по турецким позициям с фронта и тыла, то на Балканах этим средством пренебрегли. Кроме того, погода позволяла русским использовать гелиографы, но они пылились где-то на складах за Дунаем.

У Шипкинской эпопеи печальный эпилог. В августовских боях русские и болгары потеряли 3640 человек, потери в завершающем Шипко-Шейновском сражении составили около 5000 человек, а между этими боями потери составили около 10 000 человек. Несмотря ни на что, война привела русскую армию к стенам Константинополя. В честь победы в войне приказали устроить парад, однако вид полков, участвовавших в шипкинских боях, был настолько плачевным, что их пришлось отвести назад, за спины других солдат. Среди героев Шипки ходила присказка: «На парад назади, а как дело – впереди».

Список источников:

  1. Верещагин В. В. Воспоминания художника. Переход через Балканы. Скобелев. 1877–1878 гг. // Русская старина. 1889. №3.
  2. Газенкампф М. А. Мой дневник. 1877–1878 гг. СПб., 1908.
  3. Драгомирова С. А. Радецкий, Скобелев, Драгомиров // Исторический вестник. 1915. №2.
  4. Духонина Е. В. Мирная деятельность на войне. М. 1894.
  5. Золотарев В. А. Противоборство империй: война 1877–1878 гг. Апофеоз восточного кризиса. М., 2005.
  6. Кренке В. Д. Шипка в 1877 г. Отрывок из воспоминаний ген.-лейт. В. Д. Кренке // Исторический вестник. 1883. №1.
  7. Материалы для истории Шипки. СПб. 1880.
  8. Милютин Д. А. Дневник. 1876–1878. М., 2009.
  9. Нагловский Д. С. Действия передового отряда генерала Гурко в 1877 году // Военный сборник. 1900. №7.
  10. Рассказ солдата Федора Миняйло о войне 1877–1878 гг. // Русская старина. 1883. №12.
  11. Сборник материалов по Русско-турецкой войне 1877–1878 гг…. Вып. 10.
  12. Соболев Л. Н. Последний бой за Шипку // Русская старина. 1889. №5.
  13. Greene F.V. Sketches of Army Life in Russia. NY. 1880.

ЗАПЕРТЫЕ ДВЕРИ

Шипка — это запертые двери: в августе они выдержали тяжелый удар, которым Сулейман-паша хотел их пробить, чтобы выйти на просторы Северной Болгарии, соединиться с Мехмедом-пашой и с Османом-пашой и тем самым разорвать русскую армию на две части, после чего нанести ей решительное поражение. А в течение следующих четырех месяцев Шипка приковала к себе 40-тысячную турецкую армию, отвлекая ее от других пунктов театра военных действий, чем облегчила успехи наших двух других фронтов. Наконец, та же самая Шипка подготовила капитуляцию еще одной неприятельской армии, а в январе через ее открытые двери прошла часть нашей армии в своем победоносном шествии к Константинополю.

Генерал Ф.Ф. Радецкий

1. ПУТЬ К ПЕРЕВАЛУ

Оборона Шипки — один из ключевых и наиболее известных эпизодов в ходе Русско-турецкой войны 1877 — 1878 гг.

После форсирования Дуная и захвата плацдарма русская армия могла приступить к выполнению дальнейшей задачи — развитию наступления за Балканы в направлении Константинополя. Из войск, сосредоточенных на плацдарме, было образовано три отряда: Передовой, Восточный (Рущукский) и Западный. Передовой отряд (10,5 тыс. человек, 32 орудия) под командованием генерал-лейтенанта И.В. Гурко, куда входили и дружины болгарского ополчения, должен был выдвинуться к Тырново, захватить Шипкинский перевал, перебросив часть войск за Балканский хребет, то есть в южные районы Болгарии.

Отряд перешел в наступление 25 июня (7 июля) 1877 г. и, преодолев сопротивление противника, в тот же день освободил древнюю столицу Болгарии — Тырново. Отсюда он двинулся через труднодоступный, но неохраняемый Хаинкиойский перевал (30 км вост. Шипки) в тыл противнику, располагавшемуся на Шипке. Перейдя через перевал и разбив турок у д. Уфланы и г. Казанлыка, 5 (17) июля Гурко приблизился с южной стороны к перевалу Шипка, занятому турецким отрядом (около 5 тыс. человек) под командованием Хулюсси-паши.

Русское командование предполагало овладеть Шипкинским перевалом одновременной атакой с юга отрядом Гурко и с севера вновь сформированным Габровским отрядом генерал-майора В.Ф. Дерожинского. 5-6 (17-18) июля в районе Шипки развернулись ожесточенные бои. Противник, считая невозможным дальнейшее удержание перевала, в ночь на 7 (19) июля оставил свои позиции, отойдя по горным тропам к Филиппополю (Пловдиву). В тот же день Шипкинский перевал был занят русскими войсками. Передовой отряд выполнил свою задачу. Путь за Балканский хребет был открыт. Перед отрядом Гурко встала задача преградить путь противнику, не допустить его до горных перевалов. Было решено выдвинуться к Нова Загоре и Стара Загоре, занять оборону на этом рубеже, прикрыв подступы к Шипкинскому и Хаинкиойскому перевалам. Выполняя поставленную задачу, войска Передового отряда 11 (23) июля освободили Стара Загору, а 18 (30) июля — Нову Загору.

Отряд Гурко, находившийся за Балканами, героически отражал натиск наступавшей 37-тысячной армии Сулеймана-паши. Первый бой произошел 19 (31) июля под Эски-Загрой (Стара Загора). Плечом к плечу с русскими воинами самоотверженно сражались болгарские ополченцы. Русские солдаты и болгарские ополченцы во главе с генерал-майором Н.Г. Столетовым нанесли врагу большие потери. Но силы были неравные. Отряд Гурко вынужден был отступить к перевалам и влиться в состав войск генерал-лейтенанта Ф.Ф. Радецкого, которые обороняли южный участок фронта. После отступления Гурко из Забалканья Шипка вошла в район южного фронта русской армии, вверенного охране войск генерала Радецкого (8-й корпус, часть 2-го, 4-я стрелковая бригада и болгарское ополчение), оборона Шипки возложена на вновь созданный Южный отряд под командованием генерал-майора Н.Г. Столетова, треть которого составляли болгарские ополченцы.

Учитывая важное стратегическое значение Шипки, турецкое командование поставило перед армией Сулейман-паши задачу овладеть перевалом, а затем, развивая наступление на север, соединиться с главными силами турецких войск, наступавшими на Рущук (Русе), Шумла, Силистрия, разгромить русские войска и отбросить их за Дунай.

ОТБИЛИ 19 АТАК

Только что у меня был корреспондент английской «Дейли ньюс» Форбс. Он прибыл на Шипку 12 августа и находился там с 5 ч. утра до 7 ч. вечера. К нам заявился на коне, которого загнал до смерти. Он спешил в Бухарест, чтобы первым сообщить о неудаче турок и о том, как мы отбили 19 их яростных атак… Он в восторге от наших солдат, хвалит также и болгар. Сказал, что видел, как около тысячи жителей Габрово, среди которых было немало детей, под градом пуль несли воду нашим воинам и даже стрелкам на передовую. С удивительной самоотверженностью они выносили раненых с поля боя.

Н.П. Игнатьев

2. ГЕРОИ ШИПКИ

Позиция, занятая русскими войсками на Шипке, составляла по фронту до 2 км при глубине от 60 м до 1 км, но не соответствовала тактическим требованиям: единственная ее выгода состояла в ее малодоступности. К тому же она подвергалась на всем своем протяжении перекрестному огню с соседних господствующих высот, не представляя ни естественных прикрытий, ни удобств для перехода в наступление. Укрепления позиции включали окопы в 2 яруса и 5 позиций батарей, на наиболее важных направлениях были построены завалы и волчьи ямы, поставлены фугасы. К началу августа оборудование укреплений не было завершено. Однако в силу стратегических требований необходимо было во что бы то ни стало удерживать этот перевал.

Сулейман-паша направил на Шипку 12 тыс. человек при 6 орудиях, которые 8 (20) августа сосредоточились у перевала. Русско-болгарский отряд Столетова состоял из Орловского пехотного полка и 5 болгарских дружин (всего до 4 тыс. человек, в том числе 2 тыс. болгар-ополченцев) с 27 орудиями, к которым, уже во время боя следующего дня, прибыл из г. Сельви Брянский полк, увеличивший число защитников Шипки до 6 тыс. человек.

Утром 9 (21) августа турецкая артиллерия, заняв гору к востоку от Шипки, открыла огонь. Последовавшие затем атаки неприятельской пехоты, сначала с юга, потом с востока, были отражены русскими. Бой длился весь день; ночью русским войскам, ожидавшим повторения атаки, пришлось укреплять свои позиции. 10 (22) августа турки не возобновляли атак, и дело ограничивалось артиллерийской и ружейной перестрелкой. Между тем Радецкий, получив известие об опасности, угрожающей Шипке, двинул туда общий резерв; но он смог прибыть, и то при усиленных переходах, лишь 11 (23) августа; кроме того, приказано было идти на Шипку еще одной пехотной бригаде с батареей, стоявшей у Сельви, которая могла подоспеть лишь 12 (24) числа.

Бой 11 (23) августа, ставший самым критическим для защитников перевала, начался с рассветом; к 10 часам утра русская позиция была охвачена противником с трех сторон. Атаки турок, отбиваемые огнем, возобновлялись с ожесточенным упорством. В 2 часа дня черкесы зашли даже в тыл нашего расположения, но были отброшены. В 17 часов турецкие войска, наступавшие с западной стороны, овладели так называемой Боковой горкой и угрожали прорвать центральную часть позиции.

Положение защитников Шипки было уже почти безнадежным, когда, наконец, в 7-м часу вечера, прибыла на позицию часть резерва — 16-й стрелковый батальон, поднятый на перевал на казачьих лошадях. Он немедленно был двинут к Боковой горке и при содействии других перешедших в наступление частей отбил ее у неприятеля. Подоспевшие затем остальные батальоны 4-й стрелковой бригады дали возможность остановить напор турок на другие участки позиции. Бой окончился в сумерках. Русские войска удержались на Шипке. Однако и туркам удалось сохранить свое расположение — их боевые линии находились лишь в нескольких сотнях шагов от русских.

В ночь на 12 (24) августа на Шипку подошли подкрепления, возглавляемые генерал-майором М.И. Драгомировым. Численность русско-болгарского отряда возросла до 14,2 тыс. человек с 39 орудиями. Были подвезены снаряды и патроны, вода и продукты. На следующий день русско-болгарский отряд перешел в наступление, чтобы сбить турок с двух высот западного кряжа — так называемого Лесного кургана и Лысой горы, откуда они имели наиболее удобные подступы к нашей позиции и даже угрожали ее тылу.

На рассвете 12 (24) августа турки атаковали центральные участки русских позиций, а в 2 часа дня — и гору св. Николая. Они были отбиты на всех пунктах, но предпринятая русскими атака на Лесной курган тоже не имела успеха.

13 (25) августа Радецкий решился возобновить атаку на Лесной курган и Лесную гору, имея возможность ввести в дело больше войск, вследствие прибытия на Шипку еще Волынского полка с батареей. В то же время Сулейман-паша значительно усилил свой левый фланг. На протяжении всего дня шел бой за обладание упомянутыми высотами; с Лесного кургана турки были сбиты, но их укреплениями на Лысой горе овладеть не удалось. Атаковавшие войска отошли к Лесному кургану и здесь, в течение вечера, ночи, и на рассвете 14 (26) августа, были неоднократно атакованы неприятелем. Все атаки были отражены, но русские войска понесли настолько большие потери, что Столетов, не имея свежего подкрепления, приказал им отступить на Боковую горку. Лесной курган был опять занят турками.

В шестидневном бою на Шипке потери русских составили до 3350 человек (в том числе 500 болгар), выведены из строя 2 генерала (Драгомиров ранен, Дерожинский убит) и 108 офицеров; турки потеряли 8,2 тыс. (по другим данным — 12 тыс.). Никаких значительных результатов бой этот не имел; обе стороны остались на своих позициях, но наши войска, охваченные неприятелем с трех сторон, по-прежнему находились в очень трудном положении, которое вскоре еще значительно ухудшилось с наступлением осеннего ненастья, а с наступлением осени и зимы — холодов и вьюг.

С 15 (27) августа Шипка была занята 14-й пехотной дивизией и 4-й стрелковой бригадой, под начальством генерал-майора М.Ф. Петрушевского. Орловский и Брянский полки, как наиболее пострадавшие, были отведены в резерв, а болгарские дружины переведены к д. Зелено Древо для занятия пути через Имитлийский перевал, обходящий Шипку с запада.

ЕСЛИ ТУРЕЦКАЯ ПОЛЯ ПОПАДЕТ В КОТЕЛОК С КАШЕЙ

Вот уже шестой день наши нервы напряжены до предела. Сражение на Шипке не прекращается, Из вчерашней телеграммы узнали, что там вышли из строя еще 400 низших чинов и 30 офицеров. Рана Драгомирова очень тяжелая — раздроблен коленный сустав. Генерал Дерожинский убит… А ведь совсем недавно я видел его в Свиштове, свежим, румяным, казалось, такому бы жить еще десятки лет!

Командир корпуса Радецкий сам вел колонну в рукопашную… Нервы на пределе, потому что каждые три-четыре часа получаем такие вести. Невольно задаешь себе один и тот же вопрос: неужели нам придется отступить под напором этих многочисленных турецких орд, рвущихся к перевалу? Солдаты не падают духом, едят свою горькую кашу, а раненые, покидая позицию, даже шутят, словно ничего не случилось. Если случайно турецкая поля попадет в котелок с кашей, говорят, что это турки послали им соли. Некоторые утверждают, что мы выстоим и несомненно победим. Будем надеяться!

Выдающийся русский врач С. Боткин

3. ШИПКИНСКОЕ СИДЕНИЕ

«Шпкинское сидение» -один из самых тяжких эпизодов войны. Защитники Шипки, обреченные на пассивную оборону, заботились главным образом об укреплении своих позиций и об устройстве, по возможности, закрытых ходов сообщения с тылом. Турки тоже усилили и расширили свои фортификационные работы и непрерывно осыпали русскую позицию пулями и артиллерийскими снарядами. 5 (17) сентября, в 3 часа ночи, они снова предприняли атаку с южной и западной сторон. Им удалось овладеть так называемым Орлиным гнездом — скалистым и обрывистым мысом, выдающимся перед горой св. Николая, откуда они были выбиты лишь после отчаянной рукопашной схватки. Колонна, наступавшая с запада (от Лесного кургана), была отражена огнем. После этого турки серьезных атак уже не предпринимали, а ограничивались обстрелом позиции.

С наступлением зимы положение войск на Шипке сделалось крайне тяжелым: морозы и метели на вершинах гор были особенно чувствительны. Особенно ощутимы были эти лишения для вновь прибывших русских войск: три полка 24-й дивизии в короткое время буквально растаяли от болезней.

За время с 5 (17) сентября по 24 декабря (5 января 1878 г.) в шипкинском отряде выбыло из строя убитыми и ранеными всего около 700 человек, а больными — до 9,5 тыс. Конец 1877 г. ознаменовался и окончанием «шипкинского сидения», последним актом которого была атака турецких позиций на дороге от горы св. Николая к д. Шипка.

Оборона Шипки сковала значительные силы турок и обеспечила русским войскам наиболее короткий путь наступления на Стамбул.

СНОВА НА ШИПКЕ

Когда в сентябре 1944 года части 3-го Украинского фронта проходили через Шипкинский перевал, маршал Ф. И. Толбухин написал следующие строки: «Приятно русскому сердцу видеть памятники своим предкам за пределами Советского Союза». Построенные полки на русском военном кладбище под вершиной Столетова дали винтовочный залп в честь героев Шипки — их отцов и дедов, павших вдали от родины за свободу братского болгарского народа. Только за одну ночь майор Л. Л. Гориловский сочинил стихи для мраморной доски, которая была установлена на памятнике русской боевой славы, воздвигнутом в том месте, где некогда стояла «Стальная» батарея. На ней, под выгравированным танком, можно прочитать следующие стихи, посвященные героям Шипки:

Вдали от русской матери земли,
Здесь пали Вы за честь отчизны милой.
Вы клятву верности России принесли
И сохранили верность до могилы.

Вас не сдержали грозные валы,
Без страха шли на бой святой и правый,
Спокойно спите, русские орлы,
Потомки чтут и множат вашу славу.

Генов Цонко. Русско-турецкая война 1877-1878 гг. и подвиг освободителей (глава 3)

4. СВЯТЫНЯ

Шипка — одно из наиболее известных имен в истории Болгарии, святыня болгарских патриотов. В ознаменование обороны Шипки вблизи перевала в 1928 — 1930 гг. был воздвигнут памятник.

Самые масштабные и торжественные мероприятия проводятся здесь 3 марта — это день подписания Сан-Стефанского мирного договора, который принес свободу Болгарии после пятивекового османского ига.

А каждый август здесь проводится историческая реконструкция событий 1877 г. Важной частью мероприятия является панихида по погибшим здесь русским, белорусским, украинским, румынским и финским воинам, а также по болгарским ополченцам. Им отдаются воинские почести, государственные руководители и жители Болгарии возлагают к памятнику на вершине холма венки из живых цветов в знак своей благодарности.

Материал «Оборона Шипки» подготовлен Научно-исследовательским институтом (военной истории) Военной академии Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации